Река, которую превратили в оружие
В июне 1938 года, в разгар Японо-китайской войны, китайское националистическое правительство приняло одно из самых страшных решений в истории военных катастроф.
Чтобы остановить наступление японской армии, на реке Хуанхэ были разрушены дамбы.
Вода, которую веками пытались удерживать искусственными берегами, хлынула на равнины Центрального Китая. Она затопила деревни, поля, дороги, железные дороги и целые уезды, превратив огромные территории провинций Хэнань, Аньхой и Цзянсу в мутное внутреннее море.
Это было не стихийное бедствие в обычном смысле.
Это было наводнение, созданное человеком.
Японское наступление
К 1938 году Китай уже почти год находился в тяжёлой войне с Японией. После падения крупных городов японская армия продолжала продвигаться вглубь страны, угрожая важнейшим железнодорожным узлам и направлению на Ухань.
Особое значение имел район Чжэнчжоу. Здесь пересекались важные железнодорожные линии, и если бы японцы закрепились там, они получили бы удобный путь для дальнейшего наступления в центральные районы Китая.
Китайская армия отступала, сил не хватало, а фронт трещал под давлением лучше вооружённого противника. В этих условиях командование решило использовать против японцев саму природу — точнее, одну из самых опасных рек мира.
Хуанхэ уже не раз приносила Китаю огромные бедствия. Её русло местами лежало выше окружающей равнины, а вода удерживалась дамбами, которые веками строили и укрепляли вдоль берегов. Если такую дамбу разрушить, река могла уйти в сторону и затопить огромные земли.
Именно это китайские власти и решили сделать.
Прорыв у Хуаюанькоу
В начале июня 1938 года китайские войска начали разрушать дамбы на Хуанхэ в районе Хуаюанькоу, недалеко от Чжэнчжоу. Сначала попытки оказались неудачными: река не сразу пошла через пролом, и военным пришлось расширять разрушение.
Вскоре вода всё же прорвалась.
По данным историков, намеренный прорыв дамб у Хуаюанькоу был произведён Национально-революционной армией, чтобы создать водную преграду перед японским наступлением. Первая волна наводнения ударила по уезду Чжунму 13 июня 1938 года.
Хуанхэ покинула прежнее русло и устремилась на юго-восток, в сторону системы реки Хуайхэ. Там, где раньше были поля, деревни и дороги, начала распространяться огромная полоса воды, грязи и разрушения. Наводнение затронуло Хэнань, Аньхой и Цзянсу, а его последствия ощущались не месяцами, а годами: река оставалась в новом русле до восстановления дамб в 1947 году.
Вода вместо армии
Для китайского командования это был отчаянный военный расчёт. Вода должна была замедлить японские части, разрушить коммуникации, сделать дороги и железные дороги непроходимыми, сорвать быстрый удар в сторону Уханя и не дать противнику свободно двигаться через центральный Китай.
В определённом смысле замысел сработал. Наводнение действительно нарушило японские планы, затопило участки важных железных дорог и осложнило продвижение войск. Современные описания указывают, что вода повредила или уничтожила участки Пекин-Уханьской, Тяньцзинь-Пукоуской и Лунхайской железных дорог, что затруднило японские переброски по северному и центральному Китаю.
Но цена этой задержки оказалась чудовищной.
Японская армия не утонула в Хуанхэ. Основной удар приняло мирное население.
Деревни под водой
Людей, живших в низинах, почти никто не предупредил. Многие крестьяне не знали, что дамбы разрушены намеренно, и не понимали, почему река вдруг пошла туда, где её быть не должно.
Вода приходила не как обычный паводок, к которому можно было готовиться несколько дней. Она хлынула через проломы, заполняя русла малых рек, каналы, поля и дороги. Деревни оказывались отрезаны друг от друга, дома размокали и рушились, скот тонул, запасы зерна гибли, а люди спасались на крышах, деревьях, насыпях и клочках сухой земли.
Поток не только топил. Он оставлял после себя толстый слой ила, разрушал оросительные каналы, портил почву и делал многие поля непригодными для обработки. Даже когда вода отступала, жизнь не возвращалась сразу: у людей не было семян, скота, домов, инструментов и еды.
По послевоенным данным, в некоторых пострадавших уездах были затоплены значительные части земель и деревень; в 20 затронутых уездах вода покрыла около трети земли и почти половину деревень.
Голод после воды
Самые страшные последствия пришли не только в первые дни. Как и в других крупных китайских наводнениях, вода стала лишь началом долгой человеческой катастрофы.
Тысячи людей утонули сразу, но сотни тысяч погибли позже от голода, болезней, холода, отсутствия жилья и разрушения сельского хозяйства. Беженцы уходили из затопленных районов, но далеко не все находили безопасное место. Многие неделями и месяцами жили в тяжёлых условиях, без нормальной еды, чистой воды и медицинской помощи.
Современные оценки числа погибших различаются. Непосредственно утонувших могло быть от 30 до 89 тысяч человек, но общее число умерших от наводнения, голода и эпидемий чаще оценивают примерно в 400–500 тысяч. Более ранние оценки называли около 800–900 тысяч погибших, однако часть исследователей считает эти цифры завышенными или методологически спорными.
Даже нижняя современная оценка делает наводнение на Хуанхэ 1938 года одной из крупнейших рукотворных катастроф XX века.
Миллионы беженцев
Наводнение выгнало с родных мест миллионы людей. Вода уничтожила сельскохозяйственные земли, дороги, деревни и местные рынки, поэтому многие выжившие не могли просто дождаться спада воды и вернуться домой.
Им было некуда возвращаться.
Семьи уходили на запад и юг, селились в переполненных лагерях, просили еду, искали работу и пытались не потерять детей в бесконечном потоке беженцев. На дорогах появлялись люди, которые ещё недавно жили в собственных домах, а теперь не имели ничего, кроме мокрой одежды и узла с остатками имущества.
Война продолжалась, и это делало положение ещё хуже. Помощь приходила медленно, ресурсы уходили на армию, а государство не могло быстро справиться с бедствием, которое само же и вызвало.
В затопленных районах росло недовольство. Для многих крестьян японцы были врагами, но вода пришла не от японцев. Она пришла после решения собственного правительства.
Спорная победа
Военный смысл этой операции до сих пор вызывает споры. Наводнение действительно задержало японское продвижение и нарушило коммуникации, но оно не спасло Ухань: в октябре 1938 года японские войска всё равно взяли город.
Сторонники решения говорили, что прорыв дамб дал Китаю время и затруднил японской армии быстрый прорыв через Центральный Китай. Критики указывали, что цена оказалась несоразмерной, а основными жертвами стали не солдаты противника, а китайские крестьяне, которых никто не спросил и почти не предупредил.
Именно поэтому наводнение 1938 года часто называют одним из самых страшных примеров экологической войны. Это был случай, когда природная сила была сознательно использована как оружие, но ударила прежде всего по мирным людям.
Река, изменившая русло войны
После прорыва у Хуаюанькоу Хуанхэ на годы изменила своё течение. Она пошла по новому юго-восточному направлению через систему Хуайхэ, затапливая и разрушая земли, которые не были готовы к такому потоку. Только в 1947 году дамбы восстановили, и реку вернули в прежнее русло.
Это означало, что катастрофа продолжалась намного дольше, чем сама военная операция. Люди годами жили в зоне последствий, где вода, ил, разрушенные ирригационные системы, бедность и болезни меняли судьбу целых провинций.
Наводнение стало частью войны, но его жертвы часто оставались вне военной памяти. Они не погибли в сражении, не были солдатами и не выбирали эту стратегию. Их дома просто оказались на пути реки, которую выпустили из берегов по приказу сверху.
Цена отчаяния
Наводнение на Хуанхэ 1938 года остаётся одной из самых мрачных страниц китайской истории. Оно показывает, до каких решений может дойти государство, оказавшееся перед угрозой военного поражения, и какую цену за эти решения платят обычные люди.
Река действительно стала преградой для армии. Она замедлила движение, разрушила пути, превратила дороги в болота и заставила противника менять планы.
Но вместе с этим она уничтожила деревни, лишила крова миллионы людей и унесла сотни тысяч жизней.
В 1938 году Хуанхэ стала оружием войны, но удар этого оружия пришёлся не только по врагу. Он прошёл по собственным землям, по собственным крестьянам и по памяти страны, где ещё долго вспоминали не только японское наступление, но и день, когда власть сама открыла реке путь к человеческим домам.
