Город смерти
Лондон XVII века был одним из крупнейших городов Европы — шумным, тесным и грязным. Узкие улицы тонули в нечистотах, дома нависали друг над другом так близко, что соседи могли пожать руки через окна, а в подвалах и на чердаках кишели крысы. В порту ежедневно разгружались сотни кораблей со всего света, привозя ткани, специи, древесину и вместе с ними — болезни.
Весной 1665 года в город пришла смерть.
Позже эту эпидемию назовут Великой чумой Лондона. За полтора года она уничтожит около ста тысяч человек — почти пятую часть населения английской столицы. Это станет последней крупной вспышкой бубонной чумы в истории Англии.
Чёрная тень из Амстердама
Считается, что болезнь пришла в Лондон из Нидерландов. В те годы чума уже несколько лет свирепствовала в Амстердаме, унося десятки тысяч жизней. Торговые суда постоянно курсировали между голландскими и английскими портами, перевозя хлопок, шерсть и прочие товары. Вместе с грузами в Англию прибыли крысы и заражённые блохи — невидимые переносчики смерти.
Первыми пострадали беднейшие районы Лондона. Особенно тяжёлой была ситуация в приходе Сент-Джайлс, где в тесных домах ютились рабочие, нищие и безработные. Грязь, голод и антисанитария создавали идеальные условия для распространения болезни.
Первой официально зарегистрированной жертвой считается женщина по имени Ребекка Эндрюс, умершая 12 апреля 1665 года. Но на самом деле чума начала убивать раньше. Просто смерть бедняков часто никто не записывал.
Сначала болезнь распространялась медленно. Люди надеялись, что всё ограничится несколькими случаями. Однако уже к лету Лондон начал превращаться в огромный заражённый лагерь.
Красный крест на дверях
Чума приходила внезапно. У человека поднималась температура, начинался жар, тело ломило от боли. Затем на шее, подмышками или в паху появлялись огромные чёрные опухоли — бубоны. Многие заболевшие умирали через два-три дня.
Особенный ужас вызывало то, что врачи почти ничего не понимали о природе болезни. Одни считали, что чуму распространяет «дурной воздух», другие обвиняли неблагоприятное расположение звёзд, кометы или божий гнев.
Когда в доме обнаруживали заболевшего, двери заколачивали снаружи. На них рисовали красный крест и писали: «Господи, помилуй нас». Внутри семьи неделями оставались запертыми вместе с умирающими родственниками. Возле таких домов ставили сторожей, чтобы никто не сбежал.
По ночам по улицам ехали телеги мертвецов.
Возницы кричали: «Выносите ваших мёртвых!»
Лондонцы в ужасе вытаскивали тела прямо к дороге, после чего трупы сваливали в огромные братские ямы. Часто людей хоронили без гробов, слоями, едва присыпая землёй.
Город, охваченный страхом
К июлю 1665 года эпидемия вышла из-под контроля. Богатые жители массово бежали из Лондона. Король Карл II вместе с двором покинул столицу одним из первых. Торговля практически остановилась, многие лавки закрылись, а улицы опустели.
Однако часть людей осталась.
Некоторые врачи, аптекари и священники продолжали работать среди умирающих, прекрасно понимая, что рискуют собственной жизнью. Лорд-мэр Лондона сэр Джон Лоуренс отказался покидать город и даже приказал установить специальную стеклянную перегородку, чтобы принимать посетителей, не приближаясь к ним напрямую.
Врачи в длинных чумных плащах и масках с клювами стали одним из символов той эпохи. Внутрь «клювов» набивали травы, ладан и специи, надеясь таким образом защититься от заражённого воздуха. На улицах постоянно жгли костры, в огонь бросали перец, хмель, смолу и благовония. Людей заставляли курить табак — считалось, что дым очищает лёгкие.
Но ничто уже не могло остановить болезнь.
Неделя, когда умирали тысячами
К концу лета Лондон превратился в город мертвецов. Смертность росла с пугающей скоростью. Сначала умирала тысяча человек в неделю, затем две, три, а в сентябре 1665 года число погибших достигло семи тысяч в неделю только по официальным данным.
На деле жертв, вероятно, было гораздо больше.
Многие дома стояли пустыми. На улицах валялись трупы животных. Люди боялись прикасаться друг к другу, боялись заходить в чужие дома и даже разговаривать слишком близко. Некоторые запирались внутри своих жилищ, пытаясь переждать эпидемию. Другие сходили с ума от страха.
Особенно страшно было ночью. Колокольный звон не смолкал почти круглые сутки, а телеги с мертвецами продолжали двигаться по улицам до самого рассвета.
Деревня, обрёкшая себя на смерть
Чума добралась не только до Лондона. Болезнь распространилась по другим регионам Англии. Одним из самых известных мест стала небольшая деревня Им в графстве Дербишир.
Считается, что зараза пришла туда вместе с тканями, доставленными из столицы. Когда жители поняли, что в деревне началась чума, они приняли страшное решение — добровольно закрыть Им на карантин, чтобы болезнь не распространилась дальше.
Люди фактически обрекли себя на смерть ради спасения соседних поселений.
Карантин продолжался больше года. За это время погибло около трёх четвертей жителей деревни.
Пожар, который остановил чуму
К концу 1665 года смертность начала постепенно снижаться. Зимой эпидемия ослабла, и многие решили, что худшее уже позади. Однако отдельные вспышки продолжались ещё несколько месяцев.
А затем Лондон настигло новое бедствие.
В сентябре 1666 года в городе вспыхнул Великий пожар. Огонь бушевал несколько дней и уничтожил огромную часть старого Лондона — особенно тесные кварталы с деревянными домами и грязными улицами.
Позже многие решили, что именно пожар окончательно остановил чуму. Вместе с домами и мусором огонь уничтожил миллионы крыс и заражённых блох.
После катастрофы Лондон начали перестраивать практически заново. Архитектор Кристофер Рен разработал новый план города, а использование соломенных крыш внутри столицы запретили навсегда.
Последняя великая чума Англии
Эпидемия 1665–1666 годов стала последней крупной вспышкой бубонной чумы в Англии. Она навсегда изменила Лондон и отношение людей к санитарии, медицине и карантинам.
Но для современников Великая чума осталась прежде всего временем ужаса, когда огромный город жил среди смерти, дыма погребальных костров и бесконечного звона колоколов.
Лондону понадобились десятилетия, чтобы оправиться от этой катастрофы. А память о «чёрном годе» ещё долго передавалась как страшная легенда — история о том, как целый город оказался во власти невидимой смерти.
